Плач о разбитом стакане

 (Из цикла "Мелочи жизни")

Я разбил стакан на почте, Там, где мусор убирал. Было это, между прочим, На еврейский месяц Ав. На девятое, в день поста, Когда в траур вся страна Собиралась, словно гости На мои похорона. Этот месяц грустной датой Календарь подпортил нам, В частности, в сей день когда-то Был разрушен первый Храм. И второй разрушен точно Тоже в этот самый день, Когда я стакан на почте Уронил, не углядел. Потому на свадьбе каждой У евреев многих стран, По традиции по важной Разбивается стакан, Чтобы помнили о Храме, И скорбели по нему. Жизнь моя - вино в стакане, Отопью и разобью! Постоянная усталость Ползает за мной, как тень. Словно трещину в стакане, Вспоминаю каждый день. Я встаю на автомате, Зубы чищу, кофе пью. Голова и тело в вате. Эх, житуха! - Ай лав ю. Я живу почти как овощ, Дом - работа - снова дом. И в общественной столовой Мое место - под столом. Выбраться уже нет силы. Бог не внемлет. Ангел  спит. Не поможет, хоть просил я, Пальцем не пошевелит. Поднимается мой ропот Древним змием изнутри, Я не человек, а робот, Если нет во мне души. Пью я уксус вместе с желчью - Вместо сладкого вина. Неужели мне до смерти Не сойти с того креста? Ежедневная похлебка Древней и младой страны - Постоянная наебка  Нашей русской алии.  Вот об этом повествует Тот расколотый стакан. Помяни, хотя бы всуе Мой разбитый Третий храм! И ни трезвый, ни в запое  Забывать о том не смей, Если ты рожден не гоем, Если ты еще еврей!

Агасфер

Поют под утро петухи,
И я, оглохший от тоски,
Свой ковыляю путь.
Мне утро что-то говорит,
Но я, ослепший от обид,
Вновь упускаю суть.
Не попадаю я в струю,
И невпопад я говорю,
С утра не мил мне день.
Вот так вся жизнь моя течет,
То, ошалевши от забот,
То, догоняя тень.
Не попадет в иголку нить,
Кто объяснит, как надо жить?
И как найти свой путь?
Несовпадений полон свет,
Чего хочу, того мне нет.
И что-то давит грудь.
Но даже если иногда
Звучит победная труба,
Она звучит не мне.
И если в руки, что плывет,
В момент последний ускользнет
К тебе.
Я ничего не смог достичь,
Не смог и денег накопить,
Ни счастья обрести.
И годы, что осталось жить,
Мне, видно, ношу ту носить
Судьбы.
Я вечный странник на земле,
Все не найду никак я, где
Мне голову склонить.
Не свить уютного гнезда,
Нору себе не отыскать,
Как жить?
Зачем наказан я? За что?
И не поможет мне никто.
Пристрастен суд небес.
Наверно, это все же я
Не поддержал тогда Тебя,
Несущего Свой крест.
Доколь  меж небом и землей
С больною лысой головой
Брести?
Когда, когда же для меня
Твоя раскроется рука? -
Скажи.

Иеремия

Из узкой и глубокой ямы
Вновь слышится вселенский плач:
Грядет трагедия, не драма,
И приближается палач.
От вечности Иеремия
За правду в яму погружен.
Опять он в ссоре с целым миром,
Но он для этого рожден.
Опять грозит он наказаньем,
Когда умножились грехи.
Дано безрадостное знанье -
Его печальные стихи.
В своих беспомощных ладонях
И, лежа на одном боку,
Опять несет он беззаконье,
Которым дышит все вокруг.
А наверху шумят пророки,
И оды радости поют,
Он там один, а их там  много,
Избравших сытость и уют.
Он там один и он страдает,
За правду голосом воззвал.
Грядет беда - он точно знает,
Но до сих пор никто не внял.
Кому понравятся укоры
И обличений череда?
На оправданье люди скоры,
На покаянье - никогда.
Ему камнями колет спину,
Он, как кисель, глотает пыль.
В огне он видит Украину,
И как восплачет Израиль.
Он видит горькое похмелье,
И в яме чашу гнева пьет.
А наверху царит веселье
И глупый празднует народ.

Противник

У евреев есть противник
На огромный срок.
Не шахид он, не насильник,
Это - Господь Бог.
С Ним в ночи боролся Иаков,
С Ним завет сложил.
А потом грешил и плакал.
Плакал и грешил.
От Его руки всесильной
И добро, и зло.
Награждают Он обильно.
Судит тяжело.
Бог до ревности нас любит,
Не отдаст другим.
Ты  Его избранник? Будет
Путь твой не простым.
Поджидают испытанья
До скончанья дней.
Не минуешь наказанья, -
Богу будь верней!
Не фашисты, не арабы
Суть твои враги,
И судьбы твоей ухабы
От Его руки.
Обещал Он и исполнил:
Землю тебе дал.
Ну а почему - ты помнишь? -
Землю отобрал?
По миру зачем рассеял?
По свету пустил?
Как зерно, по полю сеял,
Жал и молотил?
Только Тот, Кто дал, способен 
Взять и сдуть, как прах.
Не вини других в итоге 
В собственных грехах!
Не вини за то, что землю
Взял твою другой.
Ухо преклони и внемли
Слову над тобой.
Оглянись, нагнувши выю,
На свой путь земной.
Не стоит ли там Мессия,
Распятый тобой?
От Его руки всесильной
И добро, и зло.
Награждает Он обильно.
Судит тяжело.

Начальник

Все начальники коварны.
Так устроен свет.
Не ищите у них правды,
Правды у них нет.
Там совсем другие нормы,
И другой закон.
Кто в начальниках не гордый?
Не само влюблен?
Кто лишен игры амбиций?
Кто не ищет мзды?
Кто в начальники садится
Ради истины?
Что для них есть наши судьбы?
Их влечет успех.
Подчиненные - не люди,
Это знают все.
Подчиненные - трамплины
Для прыжка вперед,
Подставляйте, люди, спины,
И закройте рот!
Научитесь, люди, видеть
Правила игры:
Кто подмажет, тот поедет,
Тот и впереди!
Над начальником - начальник:
Подхалимов цепь,
Всех начальников начальник -
Сатана и смерть.
Так играйтесь в эти игры,
Ставки велики:
Кто сумеет выше прыгнуть,
Совесть сохранив?
На кону ведь не карьера,
Не мешок деньжат.
На кону - живая вера,
И твоя душа. 

Сатан

Он сидит и управляет:
Свою власть ему отдал
В прошлом изгнанный из рая,
Человек, когда он пал.
И теперь все назначенья 
На земле сатан вершит.
И плоды его правленья
Мы вкушаем каждый миг:
Войны, голод и разруха,
Исстребленье, геноцид,
В буйстве пляшет смерть-старуха,
И к тебе она спешит.
На престолы поставляет
Своих верных слуг Сатан:
Тот, кто больше угождает,
Тому больший титул дан.
Как идет призыв на службу?
- По желанию людей.
Кто сговорчив и услужлив,
Получает пост верней. 
Кто готов идти по трупам,
Тот взойдет на самый верх.
Кто приносит просто муку,
Того тоже ждет успех.
Постоянно искушает 
Нас правитель царства мух 
На амбициях играет,
Лестью он ласкает слух.
В свои сети зазывая,
Он играет на нужде,
Продают и покупают
В этом мире почти всех.
Ради власти, ради денег
С ним вступают в договор,
И не знают поколенья,
Что обманщик он и вор.
Ради благ и процветанья
К нему очередь стоит:
Одурачены  незнаньем
И  священник, и бандит.
Ну а коль уже попался
В его сети новый лох,
Стянет он петлю, как галстук,
И известен всем итог.
Круговой сплетет порукой,
И заставит красть и лгать.
И нечистого на руку
Он заставит убивать.
Так живем мы век за веком.
Но меж нами ходит Бог,
И все ищет человека,
Чтоб спасти его Он мог.

Проклятие

Вот иду я на работу,
Я уже устал.
Мне бы крылья для полета,
Чтобы я летал.
Мне написана от рода
Легкость бытия.
Не мани раба свободой
До исхода дня.
Не зови, не рви мне душу,
Не мани с Небес.
День, как яблоко надкушен 
И вселился бес
В мою жизнь, в чужое платье
Он залез, бранясь 
И Адамово проклятье
Поразило нас.
Проклят мир, где гибнут дети,
Путь его и стиль.
Под проклятьем все на свете,
Даже Израиль.
Это ведь подарки беса
Нам за веком век:
Рабство, нищета и стрессы -
Проклят человек. 
Прокляты моря и суша, 
Проклята земля,
Прокляты дела у мужа,
Проклята жена.
Потому и жрут друг друга
Люди неспроста:
Вздрогнула в немом испуге
Чистая душа.
А затем забилась в крике -
Господи, спаси!
Даже в этом чистом  лике 
Зверя есть черты.
Никому никто не верит, 
Никому не верь! 
Прокляты входные двери,
Проклята постель.
И в невином поцелуе
Похоть прячет смерть.
Не клянись любовь ты всуе 
До конца беречь.
Не зови, не рви мне душу
Праведным огнем,
Прокляты уста и уши
Непрестаным злом.
Мне написана от рода
Легкость бытия.
Не мани раба свободой,
Если доля зла.

Храм. Сборник стихов

 

https://drive.google.com/file/d/0B8IMBozdoi07M1Q0SlVZaW13RFE/edit?usp=sharing

 

 

Ботинки

(Из цикла "Мелочи жизни")


Ботинки истоптал свои,
Но что о них узнал я кроме? -
Так написал в своем альбоме
Я свои детские стихи.
С тех пор прошло немало лет
Я истоптал ботинок много
Что привели меня до Бога,
И я увидел жизни свет.
Не зря носил свои ботинки -
Я мог сказать уже с тех пор.
Но не окончен разговор,
Как не окончились ботинки.
И вновь топчу дорогу лет,
И вновь безмерность расстояний,
И необузданность желаний,
Без поражений нет побед.
Ботинки бедные мои,
Вы отмечали каждый камень,
Ему платя износа данью,
Мои вы ноги берегли.
Ботинки бедные мои!
Я износил ботинок кучу,
Но почему-то мне не лучше,
Труднее стало мне идти.
И вот когда я обессилю,
Добром ботинкам отплачу -
Ботинки я сменю на крылья
И улечу.

Обетование

Сошли с полотен образа,
И возвратилась в глаз слеза,
Восстали мертвые с могил,
И словом вдохновило сил,
И Бога я пошел искать,
Чтоб человеком мог Он стать.
И этот путь привел к кресту,
И поклонился я Христу.
И Он сказал - Возьми свой крест
И обойди с ним много мест.
Когда ж закончишь, приходи
И кого хочешь, воскреси.

Трусы

(Из цикла "Мелочи жизни")

Трусы бывают аппетитны,
Трусы бывают сексуальны,
Такие, как у Маргариты
Из постановки театральной.
Трусы бывают лишь для понту,
Такие, например, как стринги.
Бывают, что пропахли потом,
Неделями не знавши стирки.
Бывают, словно шоколадка,
Что дерзко ищет чьи-то зубки,
Не потому ли ты  украдкой  
Стремишься заглянуть под юбку?
Трусы бывают для работы,
Трусы бывают для свиданий,
Трусы бывают для кого-то 
Надеты в духе ожиданий.
А есть еще трусы для вальса,
Трусы для бала будут белы,
И есть трусы, что для начальства,
Трусы, ну в смысле, для карьеры.
Еще трусы бывают мяты,
По холостяцки незашиты,
Несмелы, даже виноваты,
Неряшливы и необжиты.
А есть, как жизнь бомжа, вонючи,
И нестерпимы до предела, 
И неудобны, и колючи,
Бесформены, и до колена.
Трусы бывают равнодушны,
Как ко своей никчемной доле.
По воровски бывают ушлы,
Как из тюрьмы сбежав на волю.
Трусы есть по мещански пошлы.
И по семейному уютны,
Есть, как подросток осторожны,
Есть добродетельны, есть блудны.
Трусы бывают шедевральны -
Произведение искусства!
Трусы бывают эпохальны,
Как покорение Эльбруса!
Ты по трусам узнаешь душу
Их постоянного  владельца. 
Кто выставит трусы наружу,
Кто прячет со стыдом на тельце.
Трусы, как жизненное кредо!
Как философия и право.
Трусы, как парус для победы,
Как флаг позора или славы!

Носки

(Из цикла "Мелочи жизни")

Вам, конечно, неприятны
Мои грязные носки?
С этим запахом отвратным,
С этой дыркой у пяты?
Вы спешите удалиться,
Поскорее пересесть -
Тель-Авив почти столица,
Но бомжей и здесь не счесть.
Я - не бомж, смешные люди,
Я такой же гражданин.
Но к несчастью, путь мой труден
К покорению вершин.
Я пашу на двух работах:
Солнце жарит, хочу пить.
Вот из вас бы мог хоть кто-то
Жизнь такую полюбить?
Где на свете справедливей? -
У приезжего нет прав.
Кто родился в Израиле,
И здесь вырос, тот и прав.
Я бы вам с большой охотой
Свое место уступил:
Постоянный запах пота,
Каждый день упадок сил.
Мне для вас носков не жалко
С круглой дыркой у пяты -
Лучше нет для вас подарка,
Чем дырявые носки!
Не спешите, дорогие,
Мой подарок отвергать -
В тех носках пишу стихи я,
В них - большая благодать.
Крестный путь интеллигента,
Променявшего с тоски
Все прекрасные моменты
На дырявые носки.
А надев носки на ногу,
Вы увидите впервой -
Нос свой, вздернутый высоко,
Вознесенный надо мной.
Вы получите ответы
На проблемы бытия -
Почему летят ракеты?
Почему горит земля?
Почему все об Иране,
Заливается Премьер?
Почему лишь о кармане
Все заботятся теперь?
И когда придет Машиях?
И придет ли Он еще?
И когда враги, прости их,
Вас обнимут за плечо?
Через эту дырку, люди
Через рваный мой носок,
Говорить о вечном будет
Не иначе, Господь Бог.
Ну, так что, друзья, берете? -
Отдам даром, лишь возьми
Столь привычные к работе,
Мои рваные носки.

Глубина и высота

Учитель к нам сошел, конечно, с неба.
И с лодки тех, кто был на берегу
Кормил небесным и обычным хлебом,
А после отплывал на глубину.
А в ней водилось много рыбы всякой,
И рыба, что назвали в честь Петра,
И водорослей заросли и раки,
Еще - неизреченные слова
В той глубине проглядывались смутно:
Там был тягучий и неспешный мир
Где все во все перетекало будто,
Границы меж вещами отменив.
И была там иная атмосфера,
Законы притяжения земли
Смягчились, образовывая сферы,
Несущие по морю корабли.
И не было там воен и сражений,
Ни долларов, ни марок, ни рублей,
Валютных рынков частых потрясений,
Борьбы за власть и подлости людей.
Ни дрязг семейных, споров за наследство,
Ни бедных, ни богатых, ни скупых,
Ни королей, под старость впавших в детство,
Ни нищих, ни голодных, и ни злых.
На глубину так отплывал учитель.
Он явно с нею был накоротке,
И потому все управления нити,
Послушно собрались в его руке.
На глубине он выходил из лодки
И шел, как по дороге, по воде.
И только любопытные селедки
За ним кружили в танце налегке.
Потом он шел обратно постепенно,
И в грешный мир Он делал переход.
Волна терзала берег белой пеной,
Где ждал изголодавшийся народ.
Потом учил с горы он вещим смыслам
Всех тех, кто собирался на лугу.
А после, чтобы пыль с души очистить,
Он уходил с равнин на высоту.
На высоте была такая свежесть,
Благоухали горные цветы,
И Он с земных путей привычно спешась,
Условности оставя позади,
Поднялся в гору и преобразился,
Одежды стали белы, как лучи
И с высотой, как с глубиной он слился,
Держа в своей руке ее ключи.
И потому, идя за ним по следу,
Мы покидаем торг и суету,
То погружаясь с ним в глубины света,
То поднимаясь с ним на высоту.

Испытание

Бывают не всегда едины
Посланник и Благая весть.
Разделит их, как Палестину,
Стоящий между ними крест.

Душа моя желает счастья,
Комфорта, праздника любви.
Но Бог глаголет из напасти -
Себя отвергшись, крест возьми.

Место работы христианина -
Позорный ежедневный крест.
Тут у Отца к родному сыну
Довольно ясный интерес.

С тебя довольно благодати -
Он говорит ему порой, -
Не буду жало вынимать Я,
Чтоб плоти дать твоей покой.

Прими за благо испытанье
И благодарен будь судьбе,
И в немощах твоих страданий
Вполне явлю Себя тебе.

Я проявлю Свое величье,
Мое величье - не пустяк.
Тогда увидишь ты различье
Меж нами, если не дурак.

И в этом знаке разделенья
Что между Мною и тобой,
Сокрыт секрет соединения -
Мост между небом и землей.

Теологический казус

Мое богатство и венец.
Моя защита и опора.
Мое начало и конец.
Мое препятствие и фора.
Мой путь, и мера, и весло,
И лодка, и волна, и ветер.
Моя вершина, мое дно,
Моя и удочка, и сети.
Мое как все, так и ничто.
Мой свет, мое же отраженье,
И близкое, и далеко.
Победа или пораженье.
И мой ежесекундный вдох,
И мой ежесекундный выдох.
И в жажде мой воды глоток
И моя жажда, и мой выток.
И наказание мое,
А также и моя награда.
Мое земное бытие,
Моя небесная отрада.
Моя свобода и мой плен,
Мое незнание и знанье,
И воскрешение, и тлен.
И нищета, и процветанье.
Мой и успех, и неуспех,
И ненасытное желанье,
И наслажденье от утех,
И безутешное страданье.
Здесь все мое, и все - Твое,
Когда я, и без оправданий,
Взял и вернул Тебе всего
Себя. Совсем без колебаний.

Обновление

Ты можешь нынче взять и полюбить
Все то, чего ты раньше ненавидел?
Твоей души спасительная нить
Ведет тебя, куда глаза не видят.
А все, что раньше бережно хранил,
Уносит ветром перемен восточным.
Ты долго жил и многого просил,
Но получал лишь только силы ночью.
И ветер жизни вел тебя к тому,
Чему ты так отчайно упирался.
И имя неприкаянно чему
Ты подбирать так некогда старался.
Ты подошел к границе бытия
И перешел на территорью вражью,
Там миновал ты поле забытья,
Но облаков надежды там не нажил.
И вот когда прошел предельный срок,
Ты ощутил, что не осталось мочи.
Не понимал, зачем при этом Бог
Тебе еще последний срок отсрочил.
И задыхался в дыме сигарет
И в паре винном тоже задыхался.
Ты много жил, тебе немало лет.
Ты падал, но при этом поднимался.
Уж не гадал, когда наступит новь.
И сбросит ночь слепое покрывало
Лишь чуял, как вселенская любовь
Весь этот путь незримо покрывала.

Замкнутый круг

Вот опять евреев убивают.
Вот опять клокочет гнев в груди.
Вот опять мне сердце разделяет
На врагов весь мир и на своих. 
И опять последует отмщенье
И опять прольется чья-то кровь.
И опять, как праведник Спасенья,
На кресте распятия - любовь.
Мой народ по замкнутому кругу
Бродит все который век опять,
Принимая исцеленья муку,
Но не в состоянии принять.
А земля одна лежит, как совесть
И ее никак не поделить
Двум соседям, братьям двум по крови
Что же делать? Каждый хочет жить!
И никто не хочет поступиться.
Будет литься вновь слепая кровь
До тех пор, пока на крест ложится
И все распинается любовь.

Причина

Когда дырявый зуб болит и ноет,
А ты спешишь таблетку положить,
Задумайся хоть раз, а может, стоит
Не следствие, причину устранить?

Когда дома взрывают и машины,
И камень в твою голову летит,
Задумайся - какая здесь причина?
Пусть месть тебе глаза не ослепит.

Устроен мир до удивленья мудро:
Когда ты счастлив, не на что пенять.
Но если вдруг случится тебе худо,
Готов кого угодно обвинять!

Но есть всегда тому одна причина,
Хоть сразу ее, может, не понять,
И если ты не баба, а мужчина,
В себе ее ты должен отыскать.

Она - в тебе, оставь уже сомненья
Ведь камень просто так не упадет,
И террорист, не зная сожаления,
Не просто так в тебя стрелять идет.

И если есть в тебе уже боренья,
То это ведь совсем не просто так.
В своей вине отыщешь ты решенье
А по другому, извини, никак!

Хвала вины из недр своих поднятью!
Ну, если ты, конечно, не Христос,
Он не виновен, но в Своем распятьи
Не обвинял и не бросал угроз!

Когда вопрос решительно поставишь -
В чем промах мой, и в чем моя вина?
Тогда лишь ты действительно узнаешь,
Причину, изводившую тебя.

В тебе самом и ад, и рай сокрыты.
В тебе самом и дьявол есть, и Бог.
В тебе самом - причина всех событий.
В тебе самом - источник всех дорог.

Жизнь

На море волны век за веком
И очень редко, когда штиль.
Творит Всевышний человека,
Как я оттачиваю стиль.
И путь ему торит средь буден,
Среди житейских передряг,
И в море жизни, в море судеб
Есть Мастера рука и знак.
И в той руке мы все, как  глина
Что царь, что воин, что батрак,
Податливая, как резина.
А если нет, то будет брак.
И он пойдет на переплавку,
Огнем и силой сокрушен.
А после снова будет правка
И умаленный вновь прощен.
И до поры не знает глина,
Что делает с нее Творец.
Не знает материал единый
Зачем его терзал  резец.
Ну а когда готова форма,
Ей снова надлежит в огонь
Закалки и в житейском шторме
На крепость пробуют любовь.
И вот - готов сосуд на славу
Того, чей труд в нем воплощен.
И наливается по праву
В него прекрасное вино.
И оно сладко и приятно
И оно голову кружит.
Надеюсь, вам теперь понятно,
Что значит в этом мире жить.

Блат

Я, друзья, служу на почте,
Только жаль, не ямщиком.
Я на почте не в почете,
А в грязи кручусь с совком.
Потому что здесь без блата
Не протиснешься наверх:
Минимальная зарплата,
Ни условий, ни утех.
Я, друзья, вот так, когда-то
Поступил в свой институт -
Всунул папочка по блату
Свое чадо. Недосуг
Было мне тот храм науки
Штурмовать гранитным лбом.
Все слонялся я от скуки,
Пиво пил и даже ром.
А теперь вот я с одышкой 
Швабру по углам тащу
Мучаясь с утра отрыжкой,
На работу я спешу.
Блат - коварная дорога,
Вроде помощь, а потом
Он вылазит тебе боком,
Оставляя пить боржом. 
Жизнь - полезнейшая штука,
И научит, и проймет,
Объяснит свою науку 
И примеры подберет.
Так чего же удивляться,
Что в стране такой бардак.
Отчего порядку взяться,
Если здесь всеобщий блат?
Мудрый вождь или родитель
Не позволит чаду гнить
И тепличную обитель
Не захочет ему вить.
Не отмажет он от службы,
Не изнежит страстью ласк,
Ни по крови, ни по дружбе
Спуску он тебе не даст.
Так и Бог, друзья, поймите
Милость предварит судом,
И как праведный учитель
Нас научит, что по чем.
Потому полегче дольки
У Него ты не проси,
Пострадать ты должен сколько
Для спасения души?
И пока у нас в почете
И коррупция, и блат 
Я работаю на почте,
Разгребая сей бардак.

Предвкушение

Как я люблю конец недели!
Последний день пред выходным.
До чертиков ведь надоели
Мне будни, как угарный дым!
Весь в предвкушении покоя,
Что ласково зовет, маня.
И это утро голубое
Сегодня словно для меня.
Я в расслаблении, не парясь
Иду из дома налегке,
А мыслями уже летаю -
Жизнь возвращается ко мне!
Свобода! Мой начальник строгий
Теряет надо мною власть
Со своей логикой убогой
Работать, чтобы не пропасть.
Вот на такой счастливой ноте
Пусть исполняется мечта -
Работать так, чтоб не работать
И жить, себя не торопя.
Легко, свободно и счастливо
Без напряжения и зла.
И строчки так неторопливо
Текут бальзамом из меня.
Вот так наступит Божье Царство
Пускай оно придет скорей!
И чудодейственным лекарством
Излечит от простуды дней.
И пусть забудутся заботы,
Как свинка в детстве или корь.
Пока не сдох я от работы.
Ведь мне положен выходной!

Бескорыстие

Минут столетия, как мОрок
И на готовый к пиру стол
Огромным красным помидором
Положат вечность на престол.
Расставят для гостей посуду
Из золота и серебра,
И явства принесут на блюдах
Из милосердья и добра.
Не будет тайной та вечеря
Для всех собравшихся на пир,
И Агнец, победивший зверя,
Войдет как праведность и мир.
И грянет пир для приглашенных,
И как невестою земля,
Одета в белом и влюблена,
Предстанет, свежа и скромна.
От радости зарею вспыхнет,
И будет долгим поцелуй,
И музыка уже не стихнет
Из миллионов аллилуй!
На том пиру не станет денег,
Источника всех зол людских,
Не будет зависти и лени -
Все будет даром, без интриг,
Как молоко дают коровы,
Как пчелы мед нам свой несут,
Имея наслажденья вдоволь
За свой невынужденный труд.
Как отдает себя бесплатно
Возлюбленная жениху,
Потом не требуя обратно,
Процент не счисливши ему.
Там угощенья будет вдоволь
Ведь каждый что-то принесет:
Кто сердцем выжженное слово,
Кто - дело, кто прекрасный плод.
Воссядут на почетном месте
Все приглашенные в свой час.
Но есть вопрос - готово ль сердце?
Ведь пир идет уже сейчас.