Преодоление себя

В преодолении себя
Заложена свобода -
Ты простираешься туда,
Где не бывал от роду.
Ты узкий вход преодолей
Усильем не напрасным:
Хоть в мире нет тесней дверей,
Но нет дверей прекрасней.
Да, в мире нет иных дверей
На пажити свободы,
Ты всем глашатаям не верь,
Ты сам есть ключ от входа.
Ты - сам есть вход в свой лучший мир,
Когда себя отвергнешь.
Тебя подхватит командир
Несбывшейся надежды.
Тогда лишь он проявит власть,
Когда себя отринешь.
Костюмчик он по росту даст
С небесного окрина.
И поведет тебя всегда,
Избранника победы.
А под ногой твоей земля,
Над головою - небо.

Смирение

Смирение - великий дар,
Что с тяжкой жизнью примиряет.
И сей целительный отвар
Ты в свою пору принимаешь.
Когда наступит твой черед
Взойти на страстную Голгофу,
И стражник грудь твою пробъет
Копьем судьбы в тугих оковах.
И ты не отведешь свой взгляд,
И не изменишь положенья,
Ведь не сойти с креста назад -
И так научишься смиренью.
И будет сладким уксус сей
Лекарством станется отрава
Когда ты примиришь в себе
Всех виноватых и всех правых.
Скажи, а как еще постичь
Всю грандиозность воскрешенья,
Когда б пред этим не вкусить
В лишеньях пройденных смиренья?

Иные языки

(Из цикла "Дар небесного пути").

К стыду, я не знаю иврита,
С английским, увы, не в ладах.
Имею язык для молитвы,
Молюсь на "иных языках".

Хоть ум мой при этом безмолвен,
И бъется в сомненьях душа,
Мой дух безраздельно наполнен
Словами без крышки и дна.

Словами, что тайной покрыты,
Чей смысл запечатан пока,
Но жду откровений и сытый
Я, этой надеждой живя.

И в тайну тех слов окунаясь,
Созвучья как песню творя,
Я Богу в словах открываюсь,
Ему изливаю себя.

Свои недоступные тайны,
Свою непонятную боль,
О Боже, - молюсь я, - Ты дай мне,
Чего не понять головой.

О, Боже, дай мне, что Ты хочешь
В потемках незрячей душе,
Дай света, чтоб не было ночи,
И путь освети на земле.

Дай радость, чтоб не было грустно,
Дай песню, чтоб легче идти,
Дай мудрость не в книге, а устно
И веру до цели дойти.

И радость меня наполняет,
Свобода от клетки ума,
Я знаю, что в небе летаю,
Начала где нет и конца.

Я - вечен, и в этом причина
Моих необузданных слов:
Духовная жизнь больше чина,
Богаче, чем пища и кров.

Хоть беден, как мышь приходская,
Хоть скуден земной мой удел.
Но если я духом летаю,
То я ль не богат и не смел?

Пусть путь мой земной не успешен,
Карьеру себе не сложил,
Но разве я в этом погрешен?
Без этого разве не жив?

И раз на земле нет удела,
То может, удел - в небесах?
Чего мое бедное тело
Не может вместить в тех словах.

Надежда

(Из цикла "Дар небесного пути").

Прекрасная сестра любви
Мне осенила утром плечи -
Надежды и мечты мои
Ко мне вернулись из далече.

И сразу мир предстал иным,
И сил прибавилось с избытком.
Воздушным шаром голубым
Я в небо воспарил с улыбкой.

Такой надежды высота
Нас подпирает мощной крепью.
Невосполнима пустота,
Когда надежды нет на свете.

Но страхи все еще нет-нет
Шепнут, что призрачна надежда
И опыт негативных лет
Шьет траурные мне одежды.

Надежда путь тебе торит.
Надежда - это выбор тоже:
И высота тебя манит,
И боль падения тревожит.

Надежда - воздух для любви.
Надежда - повод для удачи.
В надежде прожитые дни
Ценнее, они больше значат.

Но скепсис - циник бытия,
По носу щелкнет с превосходством,
Ты, мол, послушай старика,
Надежда значит - боль вернется.

И ты живешь, как на кресте
Тебя две силы разрывают:
И безнадежность на земле,
И вертикаль стремленья к раю.

И лишь тогда ты - на коне,
Когда надеждой окрыленный,
Бросаешь вызов ты судьбе
Свободный,не порабощенный.

Утешение в превратностях судьбы

Бывают дни, ты должен продержаться.
"И нет ни слов, ни музыки, ни сил".
Ты будешь в эти дни с собой сражаться.
Бог для тебя такое допустил.

Недели есть, что ты идешь в молчаньи -
Ни голоса, ни знака, ни пути,
Сумеешь так преодолеть отчаянье
И выход хоть какой-нибудь найти.

Бывают месяцы без утешенья,
Разорвалась связующая нить.
Такие дни нужны, чтобы сомненье
Ты смог бы до конца в себе убить.

Бывают годы полного забвенья
Зачем? На то еще не дан ответ.
Возможно, что души твоей лечение
Затянется на много-много лет.

Так ты живешь в горниле испытаний
И должен до конца свой путь пройти.
Ты сможешь. Только в Боге воздаянье.
А до тех пор лишь мужество в пути.

Божий суд

Как Моисей разбил скрижали 
Своей недрогнувшей рукой,
Неужто, думаешь, едва ли
Такое станется с тобой?
Неужто, думаешь, что можно
Без наказанья попирать
Законы Божии и звезды
Из небосклона опускать?
Неужто, думаешь, светильник
Стоит напрасно на столе?
И жизни вольтовый рубильник -
Не в Божьей держится руке?
Так знай и помни, не замедлит
И на тебя Господний суд
За то, что немощных и бедных
Ты попирал, как мусор тут,
В стране закона и пророков,
В стране молитвенных одежд,
В стране, где грубо и жестоко
Пришельца ты лишил надежд,
В стране, где узаконил рабство,
В стране, где грабится народ,
В стране, где процветает блядство,
И где начальствует урод.
В стране, где огнь самосожженья
К небесной правде вопиет,
В стране, где призывает к мщенью
Тобой обманутый народ.
И в жертву где детей приносят
В жестоковыйности сердец,
Где восседает на помосте
Поклонов золотой телец.
Пустующие где квартиры,
Когда бомжи на лавках спят,
В такой стране не будет мира,
В такой стране наступит ад.
В стране, где лгут уже без меры,
Где деньги занимают в рост,
Где не осталось живой веры,
Здесь будет новый Холокост.
В стране, где показушно верят,
И где устами Бога чтут,
Заприте вы молитвы двери,
Я вас не слышу. Грянет суд!

Опыт Воскрешения

Вот камень, что лежит у гроба
Отваленный и пелена 
Разбросаны. И плат, особо
Был свит, как тайны письмена.
Ученики, еще не веря,
Что это чудо может быть,
И ангел, что стоит у двери,
И им спокойно говорит:
Его здесь нет. Воскрес и вышел
Так, как написано о Нем.
Но Им здесь все живет и дышит.
И вся история - о Нем.
Когда воскреснет дух распятый
И камень, что давил тебя
Вдруг отпадет и непонятно
Что дальше? Ум твой - в пеленах.
Не поступило откровенье,
Ну а душа уже летит
Свободно, как орла паренье
И со звездою говорит.
И вот, являясь постепенно,
Как Он - своим ученикам,
Приходит Слово, что нетленно
И просится к твоим устам.
Еще живут подспудно страхи,
Непониманием томя,
Еще вчерашние рубахи
Хранят оковы бытия.
Но ты уже предчувствий новых
Наполнен, как бокал - вином.
Приходит, как в Эммаус Слово
И объясняет, что по чем.

О женщинах

Уж если ты любитель женщин,
И если слаб на передок,
Не миновать тебе затрещин,
Лечить тебя приступит Бог.
Покажет Он тебе картину,
Где женщина тебе не друг,
Чтоб не казалась жизнь малиной,
И чтоб не распускал ты рук.
Чтоб обходился осторожно
И нежно с ними, как с цветком,
А то ошпарится несложно
О женщину, как кипятком.
И не найдешь себе ты места,
И разобъются все мечты
Коль ангел превратится в беса,
И в стерву - гений красоты.
Когда немилой станет дама,
Возненавидишь дни свои.
Ведь женщина - ребро Адама
И зеркало его души.

Становление

При столкновеньи идеала
С жестокой прозою земной
От тренья искра вылетала
И обращалася строкой
Стихотворенья. От удара
Статья рождалася на свет.
Из боя - книга получалась
А из сражения - поэт.
Через болезненное тренье,
Чтобы добыть святой огонь,
Рождалось исподволь терпенье,
Жизнь обращалася судьбой.
И каждый раз когда ты падал
И поднимался вновь и вновь,
Тебе как лучшую награду,
Давались строчки про любовь.
И поднимался ты из песен,
И поднимался ты из слов -
Как поднимался ты из чресел
Из женских, и из ползунков.
Ты поднимался непременно
Как бы невидимой рукой
Кто бы ни ставил на колени
Тебя и ни пинал ногой.
Над будничностью постылой,
Ты поднимался над толпой.
Так ты когда-то из могилы
Поднимешься. И снова - в бой!

Путь домой

Путь домой

Когда, едва успев родиться,
Ты уже начал путь домой,
Тебя приветствовали птицы,
Устроив пир над головой.

Еще когда ты сам не ведал,
Куда ты держишь путь земной,
Тебе огромнейшее небо
Зачем то снилось, как покой.

Ты наслаждался перегрузкой,
Тебя влекли к себе дела.
Когда ж земля ставала узкой
Ты вспоминал про небеса.

И лишь, когда тебя прижало
Серьезной тяжестью земной.
Ты словно начал все сначала,
Ты начал диалог со Мной.

И всякий раз, когда страданье
Тебя покроет с головой,
Ты вспоминаешь в покаяньи
О том, что жизнь - есть путь домой.

Когда б ты был еще испытан
Небесной совестью огня,
То не осталось бы открытки
И ни заплатки от тебя.

Твои стихи ушли б под землю
В разломы адских котловин,
А сам бы ты, уже не внемля,
Кормил собою дух пучин.

И ты б не помышлял о Боге,
Как труп, в страданиях гния,
И не познал бы ты в итоге,
Что значит Божья доброта.

И ты б уже не знал спасенья
От бед и напастей людских,
И не дошло б стихотворенье
Об этом до ушей Моих.

А потому, ты знай и помни,
Я вовремя помог тебе.
И не опаздывает помощь
Тем, кто страдает на земле.

И помни, что ты не напрасно
Страдал по мере твоих сил.
И что тебя, как тюбик с краской,
На холст Себе Я положил.

И выдавил тебя прилежно,
Смешав с небесною водой.
Знай, это Я легко и нежно
Водил, творя, твоей рукой.

Водил и к водам водопада,
И к острым скалам крутизны.
Знай, что не всем Я, как награду,
Терновые даю венцы.

Бог

Господь созиждет Царство Божье
На это страждущей земле
Он разрушает все, что ложно
А истину растит, как хлеб.
Он золото творит на пробу,
Переплавляя жизни муть.
Он вызывает из утробы
Младенцев, отправляя в путь.
Он сестрам раздает по серьгам:
Игрушки - детям, взрослым - суть.
Он милость подает всем бедным,
Богатым не дает уснуть.
Он очищает бриллианты
От каждодневной суеты.
Художник, Он творит таланты
Из злой превратности судьбы.
Так зло Он превращает в благо,
Им покрывая, как навоз
Наш мир. Подпитывая влагой,
Он тащит этот мир, как воз.
Он и на этот раз телегу
Из буйства грязи извлечет,
Опять накормит нищих хлебом,
Богатым даст Он разворот.
В крови и жертвах революций,
Он зло унизит и попрет.
И на обломках эволюций
Как роза, правда расцветет.

Очищение

Взлетает в небо самолет
И утро красит новый день,
А я уже который год
Живу в стране, где правит тень.

Где ходит лунный календарь,
Где солнца много, но оно
Ведет с людьми коварно брань
И бъет, как в голову вино.

Здесь судится с народом Бог.
Здесь рай и ад штурмуют жизнь.
Бежать отсюда со всех ног,
Но от себя не убежишь.

Здесь жалит брат, как скорпион,
Сестра - гремучая змея.
Улыбка - огненный дракон
Как жертву стережет тебя.

О, Боже, милый, отпусти!
Твоих судов несносна казнь.
Ну, а куда же мне идти?
Ведь мне везде один отказ.

Здесь отнимается мечта.
Здесь ампутируют мозги.
Здесь выжигаются глаза,
И здесь растут одни долги.

Здесь смерть - желаннейший исход.
А жизнь - прекрасная, как смерть.
И здесь уже который год
Я загнанным живу, как зверь.

И лишь одно меня несет,
Еще и  держит на плову:
Котел я, что чистильщик жгет,
И вычищает на плаву.

Еврейская Гаврилиада

Из цикла "Два еврея - три мнения"


Служил Гаврила бизнесменом,
Гаврила прибыль добывал.
Однажды он смекнул отменно,
Как увеличить капитал.

Гаврила ловко поймал ветер,
Гаврила паруса надул.
Из всех ветров на белом свете,
Еврейский ветер в спину дул.

Гаврила стал репатриантом.
Охранником Гаврила стал.
И были у него таланты,
Способности, и просто нал

(Не очень много для победы),
Но он харизмою блестел.
Как стал Гаврилушка не бедным
Суд нам сообщить не захотел.

Известно только, что не потом
Гаврила бабки добывал,
Что стал Гаврила патриотом.
И даже кипу одевал.

Хоть стал Гаврила патриотом
И даже кипу одевал,
Гаврила не был идиотом.
Гаврила партию создал.

Гаврила стал в свою команду
По духу близких подбирать.
Он взял братков из местной банды,
Еще обкомовскую блядь.

Гаврила был Наполеоном,
Когда он планы начертил,
И был Гаврила Цицероном,
Когда с людьми он говорил.

Гаврила обещал, как тырил
А обещал Гаврила так -
То социальные квартиры,
То Конституцию, то брак.

Он сделал ставку на олимов,
Он сам ведь в прошлом был олим,
Он знал, как обвести и кинуть,
А сам не будет кинут им.

Гаврила знал - ему поверят:
При социализме рос наш люд,
Который может только верить
И ждать, а может, подадут?

И каждый новый срок, что верил
Ему доверчивый народ,
Гаврила бдил лишь о карьере,
Лбом прошибая потолок.

Он доказал свою лояльность
И нужность Биби всей страны.
Но не пошевелил и пальцем,
Облегчить участь алии.

Он рассадил свою малину.
При должностях пристроил рать.
Козла впустили в капустину
Козел капусту стал рубать.

Своих героев ищет время,
Оно не воротится вспять.
Гаврила стал вторым евреем.
Гаврила первым может стать.

Нагорная проповедь

Взойди на гору, где Христос
Учил учеников.
И посмотри на жизнь всерьез,
И взвесь без дураков

Куда тебя ведут пути,
Куда они манят?
Не знаешь? Роковые дни
Тебе все объяснят.

Один - успешный бизнесмен:
Деньжища так и прет.
Другой - по спорту рекордсмен,
Рекорды славно бьет.

А третий малый - прогорел,
Ну, значит, не судьба
Карьеры сделать не сумел,
И с деньгами - труба.

Четвертый в жизни - ловкий вор,
И завидный прохвост.
Накрыл себе поляну он,
Но все - коту под хвост.

А пятый, тот в ученьи крут
И мысль его бежит.
Он с детства грыз гранит наук
И ныне - знаменит.

К успеху очередь длинна,
И ты - лишь пешка в ней.
Тебе достанется едва
Награда королей.

Локтями двигайся сильней,
А то опередят,
Задвинут дальше побольней
И отпихнут назад.

Коварен мир - система зла,
Взалкав ее утех,
Поймешь, что полюбил козла,
И призрачен успех.

Сидит на троне тот козел
И метит каждый стул.
Он крут, богат, хитер и зол
И будет по нему.

И много есть завидных мест
У черта на кону.
Но посмотри - свободен крест.
И путь лежит к нему

Тернистый. Что же есть тот крест?
А это, брат, узда.
Ты положи свой интерес
К распятию Христа.

В нем есть утрата всех надежд
Амбиций и заслуг
Срыванье всех твоих одежд.
Крест размыкает круг

Порока, ценностей земных
Ты - гол пред Ним стоишь.
Как ты пришел в подлунный мир,
Так и уходишь из...

И твоя суетная жизнь
Прошла, как дни твои.
Блаженны плачущие здесь -
Утешаться они.

Блаженны те, кто ценит мир,
Кто кровь не проливал.
Он будет позванным на пир,
Где вечность правит бал.

Блажен, кто исключил себя
Из гонки за успех.
Им небо, не земля дана,
Они богаче всех.

Блаженны кроткие, они
Наследуют удел.
Простой удел простой земли.
Им будет много дел.

Блаженны чистые сердца,
Бог тайну им открыл:
Они во всем видят Отца,
Кто мир сей сотворил.

Блажен, кто милость ставит в честь.
Он будет по Суду
Помилован, таким, как есть,
И будет честь ему.

Блажен, кто истины взалкал,
Насыщен будет он.
Блажен, кто к правде ревновал
И изгнан за нее.

Он награждается, как царь
Небесной высотой,
И Царство Божье, как фонарь
Осветит путь домой.

Пойми, что крест - небесный дар
И он всего лишь вход
Туда, где не сожгет пожар,
Туда, где нет забот.

Туда, где ждет тебя любовь,
Где Бог тебя хранит.
Я лишь напомнил тебе вновь,
Что сердце говорит.

Евреи и жиды

Еврея ты теперь едва ли
Найдешь, одни жиды остались.

В Израиле, один ответ - 
Я их искал, там точно нет.

Евреи - избранный народ,
Жиды - совсем наоборот.

Евреи, ближнего любя,
Не станут шкуру драть с тебя.

А если дрет еврей с еврея,
Он - не еврей. Он - жид скорее.

Если евреи Бога любят,
Жиды на Нем монету рубят.

За деньги Бога продадут,
А после - перепродадут.

Потом, процент возьмут на Нем.
Затем - налог, потом - заем.

Возьмут налоги за усы,
Налог - за то, что с бороды

Стекает манна утром им.
Налог за то, что Бог - один.

Наладят пошлинные сборы
За экспорт Бога и за Тору.

Даже за импорт Бога-Сына
Ты заплати скорей раввину.

Обложат каждую мицву
Побором, как бы - праотцу.

Для жизни доброй на том свете,
Ты раскошелься здесь, на этом!

Тебя, товарищ мой, уже
Нагрели здесь на брит-миле?

Дурак похвастается дуре,
Как был нагрет он на гиюре.

Жениться вздумал? Посему
Гони монету на хупу.

Задумал, братец, умирать?
Хеврат Кадише дай опять!

Молитва плача у Стены?
На Храм, что будет, жертовни.

Молитва чтоб дошла скорей
Добавь к молитве шекелей.

Помочь Земле Обетованной
Обязан ты набить карманы!

Раввины учат государство,
Как подоить Господне Царство.

А государство - заодно,
Не отстает от них давно.

И потому оно давно,
Не государство, а - г....

Моя Голгофа

У каждого - своя Голгофа.
Моя - невидная, в быту.
Но это тоже катастрофа,
Где личность плавится в аду.

Когда ты видел Царство Бога,
Когда обласкан был и мил,
Вдруг опустился до убогих,
И проходимцам ноги мыл.

Но это было лишь вступленье,
А дальше при потере сил,
Сумел достичь ты исступленья,
Хотя о нем ты не просил.

Ты был один. Никто не ведал,
Какой в тебе прошел разлом.
Тебя любили одни беды,
А люди обошли кругом.

Ты был для них, как прокаженный
Никто руки не подавал.
А почему ты обделенный,
Не понимал. Не понимал.

В твоей душе любовь горела,
Ты жаждал так ее отдать,
Ничья душа не захотела
Ее принять. Ее принять.

Но это было первой частью.
Вторая состояла в том,
Что ты пошел искать участья
Далече, кинув отчий дом.

Вошел ты в край обетованья,
В надежды был ты облачен,
И там нашел себе страданье
За что? За что?! За что?!! За что?!!!

Ты не искал уже участья,
И просто жизни был ты рад.
Но обнаружил в одночасье
Ты - раб. Ты - раб! Ты - раб!! Ты - раб!!!

Вот так! Возлюбленный свободы
И в нее поуши влюблен,
Рабом влачишь ты свои годы,
Рабом ты будешь погребен.

Ты - Царский сын, твои лохмотья
С тебя свисают каждый день,
Как части неистлевшей плоти,
Как твоя призрачная тень.

Но дух твой жив! Душа - в спасеньи!
На небе Бог превознесен!
И в этом Божье провиденье,
Что на земле Бог умален.

Раввины и свинина

Свинина по раввински или раввины по свински


Зачем же с сатаной раввинам
Пришлось свой сговор заключать?
Чтоб им кошерною свининой
Было бы проще торговать?

Зачем они полезли в Кнессет,
Создав партийную струю?
Чтоб с мудростью Торы и с блеском
Кошерно подоить страну?

Зачем забрали у беднейших,
Последний изо рта кусок?
Чтоб с паствою Совет старейшин
Жить не работая бы мог?

Зачем они Христа распяли,
Сумевши Рим на казнь подбить?
Не потому ли, чтоб Скрижали
Мамоной тонко подменить?

Зачем же тем раввинам совесть?
Зачем в шабат менору жечь?
А не затем ли, чтоб на совесть
Всех остальных им поиметь?

Что такое свобода

Из цикла "Апостол язычников"


Что такое свобода?
Это мочь быть собой.
Даже если голота
Суд вершит над тобой.

Даже если сгинают
Тебя в крученный рог,
Даже если ломают,
Как горбушки кусок.

Даже если страданье
Побеждает тебя,
Лишь свобода -дерзанье,
Лишь свобода - свята!

Как звезда путевода,
Как надежда в ночи.
Временами свобода -
Это - просто идти.

Временами свобода -
Это просто терпеть.
А бывает свобода -
С честью лишь умереть.

Или просто подняться
Из болотной грязи.
Или просто обняться
С тем, кто дорог в пути.

Или просто молиться,
Если скулы свело.
Или просто делиться,
Когда нет ничего.

Соперничество

Из цикла "Апостол язычников"

Иудаизм, ислам, христианство -
Три ветви линии одной,
Один Отец всех, но  пространство
Все не поделят меж собой.

Как три завистливых собрата
Грызутся вечно вперебой.
Наследство и Отца богатство
Все не поделят меж собой.

Иудаизм закон прославил,
И в этом деле преуспел.
Но не вместил он в рамки правил
Мессию, ставши не у дел.

Ислам покорностью возвышен,
Но не сумел ее сберечь.
И Богом не был он услышан,
Когда поднял террора меч.

Христианство, чуть не захлебнувшись
В крови пролитой ей самой
Все ж начало спасать и души,
Но чтить и идол золотой.

И лишь Христос стоит над ними
И возвеличивает мир,
Но Он не признан Божьим сыном,
А если признан, то гоним.

Поднял Он личность над законом
И над покорностью рабов
Ей в руки дал резец и Слово,
И кисти старых мастеров.

Он творчество любви возвысил
И небеса к земле склонил,
И Он сказал: Стремитесь к выси,
В ней хватит места всем и сил.

Но лишь одно меня тревожит
В моей молитве к Одному:
Христос пришел на землю тоже,
Но места нет на ней Ему.

Любовь и крест

Кто больше любит,
Тот страдает -
Известен всем закон людей.
Никак иначе не бывает
В юдоли плача и скорбей.

Когда тенета эгоизма
Раскрыты как дракона пасть,
В них попадают те, кто жизни
Не пожалел любви отдать.

Кто больше думает о ближнем,
Им будет больше поражен,
И он, конечно, будет лишним, 
Унижен и приговорен.

Страданий он осушит чашу,
И он взойдет на страстный крест
Не потому, что он наказан
А потому что он из мест

Совсем других, иного свойства -
Он Богом призванный с небес,
Он как Христос, в нем нет геройства,
Лишь неподдельности замес.

И вот растоптан и унижен,
Он воскресает вновь и вновь,
Не потому что он обижен.
А потому что он - любовь.

Эра милосердия

Когда падут все президенты,
И олигархи, и цари
Не будет радостней момента
Для обитателей земли!

Когда, как Иерихона стены,
В один торжественный момент
Падут везде внезапно цены
И деньги превратятся в тлен.

Когда исчезнет зло и зависть,
И одиночество, и боль,
И ненависть, и даже жадность,
И станут все одной семьей.

Когда уже не будет смерти,
И за ненадобностью - лжи,
Настанет эра милосердья
И всепрощенья, и любви.

Все это непременно будет,
Когда мы станем поумней.
Бог никогда нас не забудет, -
Вам старый говорит еврей.

Искания

Я долго ключ вставлял в замок,
И потом долго открывал.
Замок - это, конечно, Бог.
А ключ - как я Его искал.
Ходил я к ключнику Петру,
Но он тогда уже ушел.
Ходил по внешнему двору,
И никого там не нашел.
Мне запах ладана слегка
Приятно голову кружил.
И штукатурка с потолка
Разваливалась на куски.
Там был какой-то странный поц
Он что-то долго говорил.
Ногами он мне все в живот
То ль бил, а то ли так любил?
Внушая, 
что совсем не здесь
Искать мне следует вообще.
Я обошел десятки мест.
Я все искал Его везде.
Потом искал Его в любви
К Писаньям и преданьям дней.
Я видел там Его следы,
Но это была только тень.
Я был у храмовой стены, -
В Израиль я взошел за Ним, -
Я исписал Ему листы,
Но это был один лишь дым.
Я обошел десятки мест,
С толпою и наедине
Я все излазил здесь окрест.
Нашел я Бога на кресте.

Любовь

Любовь - престраннейшая штука.
Она погладит и побъет.
Она запрыгнет к вам на руку.
Она проникнет к вам в живот.
Она прикинется голодной.
Она прикинется немой.
Она прикинется свободной.
Она прикинется женой.
Она прикинется жестокой
И измотает донельзя.
Она прикинется убогой
И нищей, как моя страна.
Она прикинется змеею,
Прикинется, что умерла.
Прикинется коварной, злою,
Прикинется, что не она.
Она прикинется прекрасной,
Как лепестки расцветших роз.
Она прикинется ужасной,
Как смерть и грязной, как навоз.
Она предстанет сексуальной,
И тем сведет тебя с ума.Она предстанет аморальной
И станет пищей для стыда.
Она придет к тебе соседкой, 
Позычить деньги или соль.
Она закроет тебя в клетку,
Неся страдание и боль.
Она наполнит и иссушит.
Согреет, после охладит.
Она коварно плюнет в душу,
Она же после исцелит.
И обвинив тебя в измене,
Вдруг карты выложит на стол.
И под конец всех превращений,
Заявит: ты ее нашел.

Отделение козлов от овец

Дорогой разочарований
Считаю версты и столбы.
Сложней всего принять страданье,
Когда готовился к любви.
А присмотревшись, вдоль дороги
Увидел, как стоят кресты.
На них усталы и убоги
Людские подняты сыны.
А по дороге правосудья,
Где мчит с Тойотой Мерседес,
Между машин - согбенны люди
И на плечах их тот же крест.
И нет им друг до друга дела,
Придавлен всяк своим крестом.
И правда в том, что нет удела
Иного тем, кто за Христом
Идет тропинкою голгофской,
А жизнь безжалостно точна
И делит всех на овцы - козлы
И нет иного бытия.